Век DSCH. Второй раз сегодня был в Камерном театре (который под упр. Бориса Александровича Покровского). Поставил спектакль Михаил Кисляров (в Большом он поставил в том числе "Набукко"). Спектакль состоит из двух частей: "Творчество" и "Сны".

Мне очень повезло с составом: народный артист Алексей Мочалов, Борислав Молчанов, Герман Юкавский, Злата Рубинова, Виталий Родин, Олеся Старухина, Ирина Нарская, Ирина Алексеенко. Дирижер Игорь Громов. Музыкальная основа спектакля - различные произведения Дмитрия Дмитриевича (в т.ч. "Из еврейской народной поэзии", струнный квартет №8, симфония №14, антиформалистический раек). Вокал был на прекрасном уровне! В "райке" солировал Алексей Мочалов, который записал его со спиваковским оркестром :) Удивительно точный был ансамбль! хотя я бы добавил несколько красок в меццо-сопрановую партию при исполнении еврейского цикла.

Первая часть восьмого квартета ассоциируется с неким детством, которое мог бы проживать Дмитрий Дмитриевич (образ его Самого, якобы, наблюдает за всей это картинкой). Не надо думать, что это именно его детство - это не так: звучащие номера из еврейского цикла подсказывают это. (при этом я бы не согласился с тем, что набор слов, составляющий номер "Песня о нужде", есть детская игра - у Дмитрия Дмитриевича нет никакой детской игры в этом номере - есть доведенный до состояния безумия человек...) Первое действие заканчивается сценой в сумасшедшем доме, куда приходит (внимание!) Сталин и поёт начало "райка". При этом действующие лица облачены в смирительные рубашки, у одного из них в руках планер (самолётик), причем в том месте он мне очень напомнил крест (будто бы, заключенному в психушку только и остается, что крест у себя держать)

Большое достоинство этой постановки - что удалось найти сценическое воплощение этих произведений (которые не писалась для сцены, но и не отвергали такой возможности :) ). Хотя это воплощение вызывает вопросы... Ну вот, скажем момент первый. На сцене мать, ее сын и дочь. Якобы приходят большевики, оформление сцены становится красным, белые стены превращаются в черные, а из этих стен на мать, сына и дочь появляются штыки. НИКОГДА БОЛЬШЕВИК НЕ ПОДНИМЕТ ШТЫК НА МАТЬ! НИКОГДА! Момент второй. Как только "приходит советская власть", в руках появляются газеты "Правда", которыми люди на сцене закрывают лица. Из под одной такой газеты появляется комсомолка. Прикрыться "Правдой"... прикрыться правдой... так значит, БОЛЬШЕВИКИ ТОЛЬКО ПРИКРЫВАЛИСЬ ПРАВДОЙ ??! Михаил Кисляров хочет сказать, что они только врали ?! Какие-либо оправдания здесь найти не удается. Советское - обязательно смертоносное... Но ведь неправда! :( Однобоко, товарищи.

Заметил интересную параллель в 4й части восьмого квартета и 4м действии "Леди Макбет Мценского уезда". (восьмой квартет написан позже) Там звучит один и тот же мотив Катерины Измайловой на самых ее первых словах, обращенных на каторге к Сергею: "Сережа! Хороший мой! Ведь целый день с тобой не виделась". Остается немного подумать, что этим хотел сказать Дмитрий Дмитриевич :)